Изображение
Банан
Russian
Теги
Заголовок статьи
Банановое преступление 🍌
Содержимое

«Иногда банан это просто банан. А иногда — нет».
З. Фрейд

За последние пару лет медиа часто разрывалось от культурных скандалов, связанных с порчей объектов искусства. Мы помним и о вандале, разрезавшем легендарную картину Репина, и о смельчаке, который попытался украсть одну из работ Куинджи. Кейс, о котором мы расскажем сегодня, схож по форме, но совершенно самобытен.

Возможно, многие читатели слышали об этой эпатажной выходке Дэвида Датуны на художественной ярмарке Art Basel. Художник поедает инсталляцию «Комедиант» своего итальянского коллеги. Возможно мы столкнулись с настоящим концептуальным вандализмом. Полиция вывела арт-хулигана с выставки, однако не арестовала. Датуна позже попросит позиционировать его действие как символический жест, перформанс. 

На момент этого скандального творческого акта инсталляция Маурицио Каттелана уже была продана частному коллекционеру за нескромные 120 тысяч долларов. Не стоит также забывать, что злополучный банан — второй из проданных, и мастер, как и куратор выставки, не планируют останавливаться: третью копию работы планируют реализовать на 30 тысяч долларов дороже, чем вторую.

Галерея заявила, что арт-объект не пострадал, съеденный банан оперативно заменили новым, точно таким же. Покупателю не стоит ни о чем переживать. Дело в том, что арт-объектом является не конкретный банан, а сама концепция. Похожей логикой руководствовалась и Йоко Оно в своем творчестве, составляя инструкции для кураторов выставок, как воспроизвести ее интерактивные инсталляции. HSE Press ранее писал о творчестве этой художницы. 

Как же нам, простым зрителям, интерпретировать этот громкий инцидент? Давайте попробуем проанализировать ситуацию и попрактиковаться в считывании смыслов, которые мы можем почерпнуть из произведений современного искусства. 

Andy Warhol

Начнем с выбранного художником фрукта. Почему не авокадо или огурец, но банан? Был это сознательно оставленный Маурицио референс или нет, но работа на уровне ассоциаций отсылает к обложке альбома The Velvet Underground & Nico, выполненной небезызвестным Энди Уорхолом, прародителем поп-арта. Все творчество Уорхола было надменно коммерческим, и неотъемлемой частью его работ была их тиражируемость. Сообщение, которое Уорхол оставил преемникам и которое они, похоже, услышали явственно — мысль о конвейере, который выпускает все новые шедевры, которые за бесценок будут уходить с молотка на аукционах Sotheby's и Christie’s. С бананом, препарируемым в настоящей статье, случилась похожая ситуация — этот предмет концептуального искусства не может быть уничтожен, потому что может быть растиражирован. Даже физическое уничтожение объекта не является проблемой — не так сложно повесить на стену другой банан, а когда его купят — повесить следующий. Вывод: инсталляция сама по себе является неким зеркалом между поп-артом 60 и contemporary art. 

Теперь видится более прочной связь между перформансом Дэвида Датуны с объектом его акта. Съев работу своего коллеги, он тем самым ее актуализировал. Символично также то, что банан не успел испортиться и почернеть, прежде чем быть съеденным. Мы можем трактовать это не только как коллективное творчество, но и как диптих или театральную комедию в двух актах. Так как объектом искусства должен считаться сам концепт, а работа лишь репрезентирует его в материальном мире, он не может быть уничтожен и тем более почернеть и испортиться.

Также пищу для ума в поиске изящной трактовки работы Маурицио Каттелана может нам дать тот факт, что у мастера в течение года работы над «Комедиантом» под рукой было несколько различных заготовок банана. По его же словам, прикрепить на скотч натуральный банан он думал еще в начале работы над инсталляцией. Позже он перепробовал различные варианты рукотворных бананов, в частности, с использованием техники «папье-маше», но лишь спустя год творческих поисков художник вернулся к первой версии — натуральному банану. Несложно прийти к тому, что мастер не прогадал с выбором: живой фрукт хорош как минимум тем, что его можно съесть. Мы бы не увидели вторую деталь диптиха «Комедиант», а реакция медиа на арт-объект не была бы столь интенсивной, пройди Дэвид Датуна мимо этого экспоната на выставке искусств. Поступок авантюриста заставляет нас думать, что рано или поздно нашелся бы смельчак, который сделал бы это, и им оказался американский художник. 

Интерактивность в современном искусстве — это тренд, элементы перфоманса существуют теперь даже в инсталляциях — вспомним Марину Абрамович, или, опять же, Йоко Оно. Человек, хобби которого — современное искусство, не мог этого не понимать, и, возможно, Дэвид предвидел, что работу коллеги он может съесть без всяких негативных последствий. Напротив, столь изящная в своей смелости выходка в культуре современного биеннале обеспечит его важным для человека его профессии благотворным вниманием медиа. 

Почему акт поедания важен? Съев банан, Дэвид предубедил его увядание, и фиксация художественного образа, тиражируемого посредством медиа, произошла в самый благоприятный период жизни банана — момент, когда продукт пригоден для употребления. Эта деталь лишний раз подчеркивает метафорическую бессмертность художественного изделия — так как бананы не успевают испортиться до того, как быть съеденными, они и в материи не находят момента своего заката и погибают свежими. Мало того, что «Комедиант» бессмертен концептуально, он, как оказывается, и в реальном мире вечно молод.  

Интересно упомянуть о тех рекламных практиках, которые отечественные агентства предприняли в попытке запрыгнуть на хайп-трейн, запущенный вокруг «бананового» инфоповода. Как минимум два крупных бренда использовали в своих рекламных сообщениях визуальную часть «Комедианта». Рассмотрим оба кейса:

Перекресток банан

«Перекресток» сравнивает объект, представленный художником Маурицио Каттеланом под видом банана, с настоящими бананами, которые встречаются в быту чаще и которые реализуются в торговых предприятиях продуктовой сети «Перекресток».

Пицца Додо

Рекламщики «Додо пицца» спекулируют на тему банана, подменяя последний своим фирменным Додстером. 

Объект художника Маурицио Каттелана представлен широкой публике в центре рекламных витрин игроков совершенно разных сегментов потребительского рынка России. Банан, на котором висит ценник в 120 тысяч долларов, а точнее его мифический денотат, становится для потребителя тем самым гипербананом, бананом, который стоит съесть и то нечто (или ничто), за которое некоторые готовы отдать чуть ли не все деньги мира; материальное воплощение чистого симулякра, который нашел свое место между сферой высоких искусств и средой потребительской культуры.  

Эти наблюдения подчеркивают культурологическое прочтение арт-кейса этого месяца как референта к творчеству первооткрывателя пути культурного обмена между закрытой тусовкой обеспеченных предпринимателей рынка арт-бизнеса и простолюдинами, чья культура основана на влиянии повсеместной рекламы и Энди Уорхола. Инсталляция «Комедиант» — это письмо в бутылке, переданное Энди нам из 60-х годов минувшего столетия. 

Автор: Егор Маркин