Выход, который нельзя называть. Откровенный текст о суициде

2 июля, 2020
Содержимое
Инфографика: 1 человек каждые 40 секунд. / суицид

По данным Всемирной организации здравоохранения, каждые 40 секунд кто-то из жителей Земли уходит из жизни сознательно, кончая жизнь самоубийством. Согласно статистике ВОЗ, среди причин смерти молодых людей (в возрасте 1529 лет) в мировом масштабе самоубийства занимают второе место. Ежедневно в мире совершают самоубийства 3 тысячи человек, а ежегодно — около 1 миллиона (1,5 % всех смертей). Россия находится в тройке лидеров по количеству самоубийств, а по числу суицидов среди мужчин является и вовсе мировым лидером, одно самоубийство случается каждые 12 минут.

 

Говорят: «Суицид не выход». У этой фразы есть одна большая проблема: к сожалению, по своей сути суицид и есть выход. Это выход из любой ситуации, из всех. Другое дело, что это слишком радикальный метод. Самый очевидный способ избавиться от всех проблем — убежать от них настолько далеко, насколько вообще возможно. Проблема этого «решения» — во-первых, почти всегда есть альтернатива. Во-вторых, суицид одно из тех немногих действий, которое нельзя «исправить». Можно бросить вуз, а потом перепоступить, можно найти работу, пойти на другую, можно меняться как личность, помириться с теми, с кем поссорился. А воскреснуть — нет.

Почему они решаются

«Не всегда клиенты могут открыто говорить о желании умереть. Они могут демонстрировать депрессивное состояние, а в его основе — нежелание жить. Это возможно разграничить в личном контакте. Также можно говорить об особенностях личности и других моментах помогающих услышать крик души другого».
— клинический психолог Наталья Подкладова

«Все самоубийства можно условно разделить на два класса: истинные и демонстративные (так называемый парасуицид, или псевдосуицид). Как правило, псевдосуицид совершается в состоянии аффекта и является не столько попыткой лишить себя жизни, сколько «криком о помощи», попыткой обратить внимание окружающих на себя и свои проблемы. Эти действия также называют «демонстративной попыткой суицида». В противовес псевдосуициду, истинный суицид — это, как правило, хорошо спланированное мероприятие, цель которого — любой ценой лишить себя жизни вне зависимости от мнения и реакции родных, близких, друзей и т. д.» — Николай Козлов, «Самоубийство»

«90% суицидов являются демонстративными».
— Айна Амбрумова, Владимир Тихоненко, «Диагностика суицидального поведения»

 

Человеку сложно быть объективным. Когда оказываешься под грудой проблем и эмоций, это ещё сложнее. Когда сталкиваешься с серьезными проблемами впервые в жизни, они могут показаться неразрешимыми, чувствуешь себя очень уязвимым. Сложно смотреть на что-то не так, как привык. Сложно признавать свою ограниченность: все люди в разной степени ограничены и иногда находят эти самые границы, а двигать их непросто, особенно если это приходится делать впервые. 

«Личные границы бывает крайне болезненно выстраивать, делать их надёжными. Учитывая мир, в котором мы живем, многие выбирают быть лабильными в личных границах, то есть не подпускать других близко и часто менять окружение».
— клинический психолог Наталья Подкладова

Копится стресс, нарастают отрицательные эмоции, кажется, что сложности никогда не кончатся. Проблемы тоже бывают разные: например, страх вылететь из вуза, неудовлетворенность своими результатами, нереализованные амбиции, расставание с любимым человеком, чья-то смерть, сильные разочарования, такие, из-за которых жизнь теряет смысл. Когда человек действительно хочет умереть, а не привлечь внимание, когда ему невыносима жизнь в целом, он не понимает, как это исправить, или считает, что не может ничего исправить — например, у него нет сил.
 

Суицид / Анна Шипиль, HSE Press


Он также может чего-то бояться: изменений, которые перевернут его жизнь, или того, что этих изменений не будет. Человек не представляет, что тогда делать дальше. Необязательно при этом иметь проблемы во всех сферах жизни, иногда человек сильно реагирует на что-то одно. Иногда он сам не понимает причину, просто понимает — плохо настолько, что невозможно терпеть. Конечно, все ситуации уникальны и бывают очень разными.

«Молодые люди и подростки совершают самоубийство чаще взрослых, особенно часто — в возрасте от 15 до 24 лет». — Людмила Юрьева, «Клиническая суицидология: Монография»

«Самоубийства — вторая ведущая причина смерти среди молодых людей 15–29 лет в глобальных масштабах». 
— Всемирная организация здравоохранения

«У 30% лиц в возрасте 14–24 лет возникают суицидальные мысли, 6% юношей и 10% девушек совершают суицидальные действия». — Минобрнауки России

 

В молодом возрасте суициды чаще совершаются в эмоциональном состоянии. С рациональной точки зрения, в целом, как правило, всё не так плохо. Человек жив. Обычно у него есть время, свобода, возможность учиться — интернет позволяет найти много информации. И есть его субъективное отношение к происходящему. Само по себе всё нейтрально, но в сознании человека что-то приобретает негативную окраску, а что-то — позитивную. Эмоции оказывают прямое влияние на наше мышление и поведение. Тому есть достаточное количество научных подтверждений. Можно логикой завести себя в тупик: есть теорема Гёделя. Её суть в том, что, рассуждая логически, ты не всегда можешь ответить на жизненно важные вопросы. Если человеку плохо, он может вполне логичным методом прийти к печальному выводу: чтобы что-то исправить, можно менять или сложившуюся ситуацию, или своё отношение к ней, или и то, и то.

«У каждого из нас есть возможность выбора, как реагировать и справляться с текущими сложностями — например, как изменить ситуацию, в которой ты находишься, или свое отношение к тому, что произошло, а в результате — взять из этого силу и опыт».
— Наталья Подкладова

Иногда со временем понимаешь: что раньше сильно задевало, теперь не имеет значения. А еще учишься смотреть на что-то под разными углами.

Может казаться, что от мира недостаточно фидбека: мало настоящих друзей, нет ожидаемых успехов в учёбе или карьере. Такой момент действительно есть: чтобы чего-то добиться, надо долго долбить в одну точку. Карьера строится не один год, чтобы хорошо с кем-то подружиться, надо общаться много лет. Не всегда что-то получается, и это нормально.

«Важно точно знать цель, желаемый результат и быть готовым приложить силы (физические, интеллектуальные, эмоциональные) для осуществления цели. Чтобы выстроить дружеские доверительные отношения с кем-то мы учимся быть близкими, интересующимися, открытыми и готовыми вкладываться в эти отношения».
— Наталья Подкладова

Есть несколько основных идей, о которых в трудной жизненной ситуации люди забывают. Во-первых, человек нужен другим. Прежде всего, родителям и родственникам, друзьям, учителям, знакомым и одноклассникам. Окружающим не всё равно, просто большую часть времени они заняты. Во-вторых, всегда бывает хуже. У кого-то нет близких, кто-то живет с наркотической зависимостью или смертельной болезнью, кто-то потерял все свои деньги, кто-то попал в тюрьму, кого-то отправили на войну. В-третьих, с большинством проблем можно справиться. Возможно, очень не очевидным образом, возможно, с помощью близких, друзей или психолога. Впереди ещё целая жизнь, и эта ситуация станет необычным опытом, который поможет многое понять в будущем.
 

Суицид / Анна Шипиль, HSE Press

Когда человек умирает, даже те знакомые, которые плохо знали его, вспоминают о нем всё самое хорошее. Если человек совершил суицид, люди пересматривают его жизнь, пытаясь понять, что же было причиной и когда это началось, главное — имеют ли они отношение к этому. Смерть помогает людям переосмыслить свои поступки и действия других людей, понять их или, наоборот, убедиться в том, что они совсем не знали своего близкого друга.

Помогают ли психологи

По данным Фонда поддержки детей, за 2019 год на детский телефон доверия поступило 887 853 обращений. Из них напрямую о суициде говорили 8591 звонивших: 4256 — сами дети, 1045 — родители детей с суицидальными наклонностями, 3290 — иные лица.

«Психолог — в первую очередь, специалист, обладающий профессиональными знаниями, умениями, навыками и опытом — опытом поддержки и помощи. И тут мне хочется отметить один важный момент — ваша ответственность заключается в том, чтобы выбрать специалиста, подходящего именно вам. И вполне возможно, для этого вам придётся познакомиться с разными психологами или психотерапевтами. Но это необходимо, потому что работа с психологом позволяет сделать нашу жизнь более осознанной».
— Наталья Подкладова

Да, психологи действительно помогают, но всё не так просто. Во многих статьях про суицид среди студентов о психологах пишут в отрицательном свете. В России 99% людей не обращаются к психологу.

Во-первых, важно понимать, что психолог вряд ли сможет помочь за один сеанс, нужна тщательная работа на протяжении времени, которое определяется тяжестью проблемы, зависит от человека и психолога. Во-вторых, часто люди, склонные к суициду, замкнуты в себе. Пока человек сам не преодолеет этот барьер и не начнёт говорить о своих проблемах, помочь ему крайне трудно. К психологу приходят с вопросом, который нужно решить, или с явным желанием обнаружить проблему. Эффективность зависит от человека настолько же сильно, как и от психолога. В-третьих, в обществе существует множество стереотипов как о самих психологах, так и о тех, кто их посещает, встречаются даже сомнения в том, что психология — это наука. 

Давайте разберёмся по порядку. Да, психолог — это просто человек, и не любой психолог подойдёт любому пациенту. Прежде чем найти подходящего психолога, нередко приходится пообщаться с несколькими. Но психологическая помощь нужна и тем, у кого на первый взгляд всё хорошо. Специалист смотрит на вашу жизнь со стороны, используя опыт работы с различными жизненными ситуациями, в том числе и похожими на вашу. Он понимает механизмы работы психики, умеет задавать пациенту правильные вопросы, отвечая на которые, человек самостоятельно приходит к выводам о ситуации. Психолог рассказывает то, чего мы не знаем о себе и своем организме, направляет, помогает найти альтернативный взгляд на ситуацию, а всё остальные мы делаем сами. Если человек руминирует — зацикливается на плохом и, казалось бы, логическим рассуждениям роет себе депрессивную могилу — или излишне рационализирует — ищет объяснения там, где их нет, — то психолог это заметит.

«Психолог знает механизмы работы психики человека, обладает навыками и тонкостями психотерапевтического интервьюирования, что позволяет человеку в ходе работы увидеть, какую роль он имеет в собственной жизни, увидеть свою силу, найти выход из тех ситуаций, которые угнетают».
— Наталья Подкладова

Суицид / Анна Шипиль, HSE Press


В разных университетах система психологической помощи имеет свою организационную структуру. Например, в МФТИ разработана многозвеньевая схема: есть отдел психологической помощи, есть кураторы, преподаватели, старосты, которые следят за ментальным здоровьем студентов. Тем не менее, администрация вуза не хочет упрощать учебные программы или улучшать условия жизни студентов ради их ментального здоровья, поэтому специалисты по учебно-воспитательной работе могут лишь совершенствовать систему помощи студентам, которые уже столкнулись со сложностями, но не предотвращать их.

Помимо психологов, есть психотерапевт, который может прописать лекарства при необходимости. Весь персонал вуза — не только психологи — регулярно проходят курсы повышения квалификации, тренинги, в том числе и по суицидологии.

В МФТИ действительно обеспокоены темой суицидов. Любое подозрение — и у студента попытаются узнать, что с ним происходит. Система помощи Физтеха пользуется хорошей репутацией у многих московских психологов. Так, МГУ приглашает специалистов МФТИ и проводит тренинги для своих психологов.

Во ВШЭ тоже есть центр психологической помощи студентам. Для студентов он бесплатный, а преподавателям предоставляются скидки, ведь они тоже сталкиваются с проблемами. В отличие от МФТИ, ВШЭ придерживается более свободных взглядов: если человек не хочет идти к психологу, заставлять его не будут. В МФТИ же, как утверждает наш источник с Физтеха, витальный подход: они считают, что человек не имеет право на самоубийство.

Конечно, студенту не обязательно идти к вузовскому психологу, есть и частные, но у специалистов при университете есть преимущества: помимо того, что консультации бесплатные, специалисты работают со студентами из того же университета, хорошо понимают, с какими проблемами студенты обычно сталкиваются и как с ними справляться.

Почему о суициде боятся говорить

В обществе тема суицидов табуирована. На это есть несколько причин. Одна из основных — это страх: страх смерти, как чужой, так и своей, боязнь узнать, почему человек решается на такой отчаянный поступок, страх сильных эмоций, которые возникают, когда кто-то из знакомых тебе людей совершает самоубийство. Человеку свойственно бояться неизвестного и опасного, это инстинкт самосохранения.

Во-вторых, существует эффект Вертера. Этот фактор принципиально отличает суицид от других табуированных тем. Эффект заключается в том, что, когда в обществе освещаются самоубийства, их число растёт: люди видят пример выхода из сложной ситуации, особенно если им кажется, что их ситуация похожа на ситуацию самоубийцы. Поэтому, например, в СМИ запрещено прямым текстом писать о способе и причине суицида. Эффект назван в честь убившего себя героя романа Гёте «Страдания юного Вертера». Это произведение спровоцировало волну подражающих самоубийств по всей Европе.
 

Суицид / Анна Шипиль, HSE Press


Тем не менее, то, что о суициде не говорят, не означает, что его нет. Многие люди однажды задумываются о такой возможности, а иногда мы неожиданно сталкиваемся с самоубийством. Человек часто боится обратиться за помощью или просто не осознаёт, что у него есть возможность это сделать.

Самоубийство — феномен человека, информация о самоубийстве, его причинах и последствиях — базовые знания о здоровье, психологии и мироустройстве. Поднимать тему суицида, как и тему полового воспитания, нужно, потому что столкнувшись с ним, мы не знаем, что делать, как помочь — себе, другу или случайному встречному.

Чтобы страны могли добиться прогресса в предотвращении самоубийств, им необходимо углубить понимание этой проблемы общественностью и избавиться от табу.
Всемирная организация здравоохранения

ВОЗ признала, что необходимо внедрить программы по развитию жизненных навыков молодежи, которые бы научили их справляться со стрессовыми ситуациями. Это основное мероприятие, которое доказало свою эффективность в сокращении числа самоубийств. При этом у большинства стран нет национальной стратегии предотвращения суицидов.


Анонимная история

«Когда моя близкая подруга покончила с собой, мне сообщил об этом через несколько дней незнакомый человек. Кто-то, кто помогал в организации похорон, написал просто с просьбой помочь.

Первая реакция — страх. Почему я не узнала об этом раньше? Почему она ничего не сказала перед смертью? Полиция придет брать у меня показания? А СМИ — интервью? Что я им скажу? Неужели это вот так резко и просто — смерть?

Потом сомнение. Это не могло произойти на самом деле. Мы общались на протяжении многих лет, я не представляла мир без этого человека. Когда я задумывалась о суициде, как и о любых философских вопросах, например, смысле жизни, я всегда могла написать подруге и получить поддержку, кучу нетривиальных мотивирующих мыслей о том, почему жизнь замечательна. И вообще тем человеком, который мог совершить что-то подобное, всегда была я, а не она.

Все текущие дела и проблемы просто перестали иметь какое-либо значение. Я провалилась мыслями в эту застывшую во времени ситуацию. Казалось, что с момента суицида моего друга время не могло продолжать идти. Помню, как шла на учёбу. Как на переменах сверстники общались, болтали на глупые темы, а я будто была не здесь, будто могла смотреть сквозь людей и предметы, видеть стены, которые меня понимают, потому что они часть чего-то мертвого и вечного. Реальность стала холодной и застывшей. Окружающим было до меня не достучаться, я была будто в звуконепроницаемом коконе.

Потом постепенное осознание глубокой скорби. Когда человек переживает большое эмоциональное потрясение, он часто какое-то время ничего не чувствует, потому что эмоции слишком сильные.
 

Суицид / Анна Шипиль, HSE Press


Я много раз прокручивала в голове наши последние диалоги. Последние пару месяцев перед её суицидом мы почти не общались: учились в разных странах, пытались вливаться в коллектив и всё такое, накопилась некоторая недосказанность, почти что обида. За последний месяц не было ни одного пропущенного звонка или неотвеченного сообщения, она никак не просила о помощи, не пыталась поговорить по душам, но всё равно я не могла не думать, что, если бы я поговорила с ней незадолго до самоубийства, я могла бы что-то поменять.

Наверное, это самое сложное: убедить себя в том, что ты ничего не мог сделать, что ты никак не виноват, и продолжить жить дальше.

Первое время постоянно об этом думаешь. Вздрагиваешь при виде рельс, высоких зданий, ножей, бритв или таблеток. Дата, подробности, то, что написали в СМИ, то, что писали хейтеры в соцсетях, неизгладимо запечатлелось в памяти. Любое упоминание смерти, суицидов или чего угодно, связанного с человеком, ярко напоминает о произошедшем. Ищешь признаки депрессии у всех вокруг. Постоянно спрашиваешь у друзей, как они. Кажется, что все дорогие тебе люди могут в любой момент умереть. В любой момент тебя бросить. Кажется, что в итоге ты всегда остаёшься один, последний, все остальные куда-то уйдут. Чувствуешь себя очень старой. Время от времени смотришь старые фотографии, перечитываешь переписки. Иногда пишешь сообщения в мессенджерах, будто после нескольких месяцев отсутствия человек зайдет в интернет и ответит. И думаешь, думаешь, думаешь… Почему?

Всю свою жизнь я относилась к смерти по-философски. Могла спокойно о ней рассуждать, дискуссировать о необходимости права на эвтаназию, время от времени задумываться о суициде и всегда приходить к выводу, что это того не стоит. Несколько месяцев после смерти моей подруги — единственный период в моей жизни, когда разговоры о смерти мне давались тяжело, мысли о потенциальном суициде казались более, чем абсурдными, если кто-то заикался о том, как хочет умереть, кулаки чесались дать ему в глаз.

Наверное, спустя где-то полгода стало легче. У меня прекратились приступы страха за знакомых — а вдруг кто-то задумывается о суициде, — флешбеки стали менее яркими. Я привыкла к жизни в мире, где нет этого человека.

Но даже когда прошёл год, да и до сих пор, я раз в неделю-две вспоминаю эту историю. Меня очень бесят глупые шутки про самоубийства, когда человек считает, что для хорошей шутки достаточно слова «суицид», бесит, что люди, которые ничего в этом не понимают, пытаются выглядеть остроумными. Зато я всегда помню о том, что однажды умру, поэтому не откладываю ничего на потом. Всё ещё иногда думаю, могла ли я это предотвратить. Мне всё ещё иногда кажется, что кто угодно может умереть в любой момент, что останусь только я, потому что только я это понимаю. Мне часто кажется, что никто меня в этом не понимает: никто не понимает, как смерть на самом деле близка, и как бесценна жизнь, как дорог каждый момент, каждый диалог, каждое воспоминание».


Круглосуточная и бесплатная для студентов и аспирантов вышки горячая линия психологической помощи: 8-800-250-04-33
Записаться на консультацию к психологу Вышки (бесплатно для студентов и аспирантов ВШЭ): http://cpc.pushpullme.ru/pub/form/add/lead.html 
Телефон доверия по Москве: 8-499-791-20-50

Автор: Анна Шипиль
Редакторы: Кристина Черных, Константин Матвеев
Над текстом также работали Илья Чайковский, Марта Ермашова

Иллюстрации: Анна Шипиль / Палитра